В немецком Гамбурге окончательно снесли самую современную в стране угольную электростанцию, строительство которой обошлось в €3 млрд. Предприятие проработало всего 6 лет, но “зеленый” курс правительства поставил крест на дальнейшей эксплуатации.
Это уже вторая попытка уничтожить ТЭС. Первая, предпринятая в марте, закончилась неудачей. Тогда из двух запланированных взрывов прогремел только один. Часть конструкций уцелела. Всё это время шли согласования для повторной операции.
На месте старого объекта планируют возвести новый, зеленый – на основе ВИЭ.
Страсть немцев к зеленым проектам без оглядки на интересы собственной экономики просто поражает. Стоит ли нам ориентироваться на это безумие – вопрос риторический.
Нынешнее Парижское соглашение о климате базируется на Киотском протоколе 1999 года. Как бы мы ни относились к экс-премьеру Михаилу Касьянову, но, когда ему пришло поручение разобраться с этим протоколом, он действовал по линейной схеме, принятой в СССР: отправил Киотский протокол на изучение в РАН. Три года шли заседания по этому поводу, и в 2004 году был вынесен вердикт: «Киотский протокол не имеет под собой научного обоснования».
Однако в том же году наша многоуважаемая Госдума проголосовала за его ратификацию. У меня нет комментариев.
В 2021 году на Российской энергетической неделе впервые прозвучало, что явление энергоперехода имеет место быть, но его сценарий не может быть унифицирован. Для каждой страны он должен быть разработан самостоятельно и исходить нужно из экономической целесообразности, из климата, из того, что дает геология каждой страны.
Где-то, как в Европе, месторождения энергетических ресурсов почти не осталось, где-то как в России, есть все их виды. Почему у нас должен быть одинаковый сценарий?
Тогда, в 2021 году, это выступление Путина было вызовом, сейчас, наконец, это постепенно становится мейнстримом.
Оригинал статьи:
